Гроза в дачном доме

Запах мокрой земли и озона ворвался в комнату вместе с первым раскатом грома. Я стояла у окна, прижимаясь грудью к прохладному стеклу, и чувствовала, как соски твердеют от холода и от его взгляда. Сосед Саша, которого друзья пригласили на выходные, подошел сзади слишком близко. Его ладонь легла мне на талию, пальцы слегка сжались.

— Ты вся дрожишь, Лена… — шепнул он мне в ухо, и голос был низкий, почти рычащий. — Или это не от грозы?

— Может, и не от грозы, — ответила я, не оборачиваясь. Голос получился хрипловатый. Вдова уже два года, а тело вдруг вспомнило, как сильно хочет быть желанным. Его тепло обжигало спину сквозь тонкую блузку.

Молния осветила комнату резким белым светом. Мы были одни в старом дачном доме друзей — все остальные уехали в город до завтра. Дождь хлестал по крыше так, что слова приходилось почти выкрикивать.

Он развернул меня к себе. Глаза Саши горели. Пальцы медленно расстегнули верхнюю пуговицу моей блузки.

— Скажи прямо, Лена. Хочешь, чтобы я тебя трахнул прямо здесь?

Я выдохнула, чувствуя, как между ног сразу стало горячо и влажно.

— Да… Хочу. Очень.

Он не стал ждать. Рывком расстегнул всю блузку, стянул ее с плеч. Мои груди вырвались на свободу, тяжелые, с набухшими сосками. Саша наклонился и резко втянул один в рот, сильно, почти грубо. Я застонала, запустив пальцы в его мокрые от дождя волосы.

— Блядь, какие у тебя сиськи… — выдохнул он, переходя ко второму соску и кусая его. — Два года одна? Теперь я тебя отыграю за все.

Руки Саши уже задрали мою легкую юбку. Пальцы грубо скользнули под трусики, сразу нашли мокрую щель.

— Ты течешь, Лена… Вся промокла, и не только от дождя.

— Заткнись и трахай меня, — выдохнула я, дерзко глядя ему в глаза. Желание было таким острым, что колени дрожали.

Он сорвал с меня трусики одним движением. Я сама расстегнула его джинсы, вытащила толстый, горячий член. Он стоял торчком, головка уже блестела от предэякулята. Я обхватила его ладонью и сильно провела вверх-вниз.

— Хороший… Большой, — прошептала я, чувствуя, как пульсирует вена под пальцами.

Саша подхватил меня под бедра, усадил на старый деревянный стол. Гроза ревела за окном, заглушая наши стоны. Он резко вошел в меня одним толчком, до самого конца. Я вскрикнула — так плотно и горячо было внутри.

— Ох… Какой толстый… — простонала я, обхватывая его ногами.

Он начал двигаться сильно, глубоко, почти зло. Стол скрипел под нами. Каждый толчок выбивал из меня короткие хриплые стоны.

— Говори, Лена. Расскажи, как тебе нравится, когда тебя так долбят, — рычал он, не сбавляя темпа. Его яйца шлепали по моей мокрой попке.

— Нравится… Очень нравится… Трахай меня сильнее, Саша… Я хочу чувствовать тебя всю ночь…

Он внезапно вышел, развернул меня лицом к столу и вошел сзади. Теперь его член входил еще глубже, упираясь в самую чувствительную точку. Я выгнулась, вцепившись пальцами в край столешницы. Дождь барабанил по стеклу, молнии вспыхивали, освещая наши сплетенные тела.

Одной рукой он обхватил меня за грудь, сильно сжимая сосок, другой нашел клитор и начал быстро тереть его круговыми движениями. Я почувствовала, как внутри нарастает тугая волна.

— Я сейчас… Саша… Не останавливайся!

— Кончай на мой член, вдова. Кончай громко, пусть гроза тебя не слышит, — хрипел он, ускоряясь.

Оргазм накрыл меня резко, как новая молния. Я закричала, сжимаясь вокруг его члена, чувствуя, как влага течет по бедрам. Ноги подкосились, но он крепко держал меня.

Саша вышел, резко развернул меня и поставил на колени. Его блестящий от моих соков член оказался у моего лица.

— Открой ротик… Я хочу кончить тебе на язык.

Я жадно обхватила его губами, взяв глубоко. Он трахал мой рот несколько сильных движений, потом замер. Горячие струи спермы ударили мне в горло. Я глотала, не отрываясь, глядя ему в глаза.

Когда все закончилось, он поднял меня, усадил на стол и прижался лбом к моему лбу. Мы оба тяжело дышали. За окном гроза начала стихать, только редкие капли стучали по крыше.

Саша вдруг тихо засмеялся, глядя на меня с теплой дерзостью.

— Ну что, Лена… Теперь мы будем разговаривать каждый раз, когда приедем на эту дачу?

Я улыбнулась, все еще чувствуя его вкус на губах, и провела пальцем по его груди.

— Будем. И не только разговаривать… Хотя разговоры у нас получились очень… убедительные.

Он поцеловал меня медленно, уже без спешки, и мы оба рассмеялись — легко, свободно, словно гроза забрала с собой всю тяжесть прошлых лет.