Запись в номере

Жара в номере стояла такая, что воздух казался густым. Я, тренер по фитнесу Алексей, только что закончил вечернюю тренировку с клиенткой Мариной. Она приехала в эту командировку в другой город и попросила продолжить занятия здесь. Мы оба были мокрые от пота, её спортивный топ лип к груди, а мои шорты предательски обтягивали возбуждённый член.

— Лёш, ты серьёзно думаешь, что я смогу сделать ещё подход? — выдохнула она, улыбаясь уголком губ и проводя ладонью по своему животу. Её глаза скользнули ниже, задержавшись на моей ширинке. — Или ты просто хочешь меня помучить?

Я шагнул ближе, чувствуя, как её дыхание обжигает кожу. Пальцы сами коснулись её талии, будто поправляя форму, но задержались дольше, чем нужно. Напряжение повисло в воздухе, густое и сладкое.

— Шучу, — вдруг хмыкнула Марина, откидывая мокрую прядь с лица. — Хотя... а давай снимем, как я «выполняю» последнее упражнение? Типа домашнее видео для мотивации. Будет забавно.

Это была невинная шутка. Но в её глазах уже плескалось что-то совсем не невинное. Я достал телефон, поставил на штатив у кровати и нажал запись. Красная точка загорелась, как сигнал запретного.

— Только для тебя, — прошептал я, подходя вплотную. Мои ладони легли на её бёдра, медленно стягивая мокрые леггинсы вниз. Ткань скользила по влажной коже, открывая гладкую, загорелую попку. Марина вздрогнула, но не отстранилась.

— Лёша... ты уверен? — её голос дрогнул, но она сама потянула свой топ через голову. Грудь вырвалась на свободу, соски уже твёрдые и тёмные. — Камера смотрит...

— Пусть смотрит, — ответил я хрипло, наклоняясь и целуя её шею. Запах её пота, смешанный с лёгким ароматом духов, ударил в голову. Руки скользнули между ног, пальцы сразу нашли горячую, уже мокрую щель. — Ты вся текущая, Марин. С первого взгляда хотела.

Она застонала, выгнувшись мне навстречу. Её рука смело легла на мой член через шорты, сжала, провела вверх-вниз.

— Тогда раздевайся. Хочу видеть, как ты меня трахаешь... на камеру.

Я сорвал с себя одежду за секунды. Член вырвался, тяжёлый и пульсирующий, головка уже блестела от предэякулята. Марина села на край кровати, раздвинула ноги, показывая розовую, набухшую киску. Камера фиксировала каждую деталь: как я опустился на колени, как мои ладони раздвинули её бёдра шире.

— Смотри в объектив, — шепнул я и провёл языком по её клитору. Она ахнула, пальцы вцепились в мои волосы.

— Ох, блядь... Лёш, глубже... — выдохнула она, покачивая бёдрами. Я лизал её медленно, смакуя каждый стон, каждый рывок её тела. Влагалище сжималось вокруг моего языка, сок тек по подбородку.

Но пауза длилась недолго. Желание было слишком острым. Я поднялся, толкнул её на спину и навис сверху. Член упёрся в мокрую щель.

— Хочу тебя трахать, — прорычал я, входя одним долгим толчком. Марина вскрикнула, ногти впились в мои плечи. Её влагалище было горячим, тесным, обхватывало меня идеально.

— Да... сильнее, — стонала она, обхватывая меня ногами. — Трахай меня, как свою шлюшку... пусть камера всё запишет.

Я начал двигаться быстро, резко, вбиваясь в неё так, что кровать скрипела. Звуки — мокрые шлепки, её стоны, моё тяжёлое дыхание — заполнили номер. Я перевернул её на четвереньки, чтобы камера лучше видела, как мой толстый член исчезает в её киске. Руки сжали упругую попку, пальцы оставляли красные следы.

— Смотри, как ты меня принимаешь, — хрипел я, ускоряясь. — Вся мокрая... кончи для меня.

Марина дрожала, её дыхание сбивалось. Она повернула голову к телефону, глядя прямо в объектив.

— Я... сейчас... Лёш, я кончаю! — закричала она. Тело содрогнулось, киска сильно сжала мой член, и волна сквирта брызнула по моим бёдрам. Это было слишком. Я вонзился глубже и излился в неё мощными толчками, заполняя спермой. Горячая жидкость текла обратно, когда я медленно выходил.

Мы рухнули на смятые простыни, тяжело дыша. Камера всё ещё записывала. Марина повернулась ко мне, в глазах — усталость и озорство.

— Ну что, тренер... это было лучшее «домашнее видео» в моей жизни, — засмеялась она, проводя пальцем по моей груди.

Я улыбнулся, притянул её ближе и поцеловал в мокрый висок.

— Тогда давай посмотрим повтор. А потом... снимем продолжение.

Мы оба рассмеялись — легко, свободно, с тем самым волнующим послевкусием запретного, которое теперь навсегда останется в памяти и на видео.