Цепи на террасе

Жаркий вечер обволакивал летнюю террасу больницы. Я лежал в шезлонге, а её пальцы уже скользили по моей груди под тонкой больничной рубашкой. Взгляд медсестры Анны был тёмным, голодным. Она знала, что я хочу её. Я видел, как её соски проступают сквозь белый халат.

— Ты сегодня особенно непослушный пациент, — прошептала она, наклоняясь так близко, что её дыхание обожгло мою шею. — Думаешь, я не слышала, как ты вчера ночью стонал моё имя в палате?

Моё сердце ухнуло. Я не знал, что она стояла за дверью. Её ладонь спустилась ниже, обхватила мой уже твёрдый член сквозь тонкую ткань штанов.

— Анна… — выдохнул я, пытаясь сесть.

— Лежи. Я всё слышала. Каждое грязное слово. Как ты представлял, что трахаешь меня в этой самой рубашке. — Её пальцы сжались сильнее, и я невольно застонал. — Теперь я здесь. И ты будешь моим.

Она достала из кармана халата пару блестящих наручников. Металл холодно щёлкнул вокруг моего правого запястья, затем вокруг левого. Цепь между ними была короткой — я не мог даже полностью развести руки. Анна закрепила цепь за металлическую спинку шезлонга, оставив меня полностью в её власти.

— Ты же хотел запретного, да? — Она медленно расстегнула свой халат. Под ним было только кружевное бельё. Её полные груди вырвались на свободу, соски уже стояли торчком. — Теперь не пошевелишься, пока я не разрешу.

Анна села мне на бёдра, её мокрая киска прижалась к моему члену сквозь ткань. Она наклонилась и поцеловала меня жадно, её язык проник в мой рот, пока руки скользили по моим прикованным запястьям.

— Чувствуешь, как я теку? — прошептала она мне в губы. — Я представляла это всю неделю. Как ты лежишь беспомощный, а я буду трахать тебя так, как хочу.

Она стянула с меня штаны. Мой член вырвался наружу, толстый и пульсирующий. Анна обхватила его ладонью, медленно провела языком от основания до головки, облизывая каждую вену.

— Блядь… Анна… — вырвалось у меня, когда она взяла меня в рот полностью. Её губы плотно обхватили ствол, язык кружил вокруг головки. Я дёрнулся в наручниках, металл звякнул о спинку шезлонга. Цепи не давали мне прикоснуться к ней, и это сводило с ума.

Она оторвалась, тяжело дыша.

— Хочешь в меня? Скажи.

— Хочу тебя трахать… пожалуйста…

Анна поднялась, сняла трусики и встала надо мной на колени. Её мокрая щель блестела в свете закатного солнца. Она медленно опустилась, принимая мой член в себя сантиметр за сантиметром. Горячая, тесная, невероятно влажная. Когда я вошёл в неё полностью, она застонала, запрокинув голову.

— Ох… какой ты большой… заполнил меня всю…

Она начала двигаться. Сначала медленно, наслаждаясь каждым толчком. Её груди качались перед моим лицом, я пытался дотянуться губами до сосков, но цепи натянулись, не давая. Это только сильнее заводило её.

— Не можешь дотронуться? — дразнила она, ускоряясь. — А я могу делать с тобой всё… вот так…

Анна наклонилась, её пальцы вцепились в мои плечи. Она трахалась жёстче, её мокрая киска чавкала вокруг моего члена, клитор тёрся о основание при каждом движении. Запах её возбуждения смешивался с ароматом цветов с террасы и тёплым вечерним воздухом.

— Я сейчас кончу… — простонала она, ускоряясь ещё сильнее. Её тело дрожало, внутренние мышцы сжимали меня ритмично. — Кончай вместе со мной… в меня… всю сперму…

Я не выдержал. Цепи звенели при каждом её толчке. Оргазм накрыл меня мощной волной. Я кончил глубоко в неё, заполняя горячим семенем. Анна закричала, её тело выгнулось, киска сильно сжалась вокруг моего члена, выдавливая из меня последние капли.

Она рухнула на меня, тяжело дыша. Её волосы разметались по моей груди. Я всё ещё был прикован, член всё ещё пульсировал внутри неё.

— Это только начало, — прошептала Анна, целуя меня в шею. — Наручники я пока не сниму. У нас вся ночь на этой террасе.

Я улыбнулся, чувствуя, как её тело снова начинает медленно двигаться.

— Тогда трахай меня ещё, медсестра…