Сон в палатке

Жара внутри палатки стояла такая, что даже тонкий спальник казался лишним. Я лежал на спине, пытаясь не смотреть на неё, но взгляд сам возвращался к изгибу её бедра под тонкой тканью. Марина, туристка из Москвы, повернулась ко мне лицом, её глаза блестели в полумраке.

— Ты не спишь? — прошептала она, и в голосе скользнула лукавая нотка.

— Жарко, — ответил я хрипло. Мои пальцы невольно коснулись её запястья. Кожа была горячей и чуть влажной. Мы оба знали, что это не просто жара.

Она не убрала руку. Вместо этого медленно провела ладонью по моей груди, задержавшись на ключице. Я затаил дыхание. Ещё вчера вечером, когда она якобы спала, я лежал рядом и шептал в темноту всё то, что хотел с ней сделать. Грязные, подробные слова. Она не должна была услышать. Но сейчас её зрачки были расширены, а дыхание участилось.

— Я всё слышала, — выдохнула Марина, прижимаясь ближе. Её губы почти касались моего уха. — Каждое слово… Как ты хотел меня трахать. Как представлял мой рот на своём члене… Я думала, сгорю от стыда. А потом поняла, что хочу того же.

Её откровенность ударила ниже пояса. Мой член мгновенно напрягся, прижавшись к её бедру. Я повернулся, накрывая её своим телом. Палатка наполнилась нашим тяжёлым дыханием и шорохом спальников.

— Тогда почему молчала до сих пор? — спросил я, проводя ладонью по её животу, спускаясь ниже.

— Потому что… — она выгнулась, когда мои пальцы скользнули под тонкие трусики, — потому что хотела, чтобы ты сделал всё это наяву. Не во сне.

Я стянул с неё майку. Её груди тяжело колыхнулись, соски уже стояли твёрдыми. Я наклонился и провёл языком по одному, потом по другому. Марина тихо застонала, запустив пальцы в мои волосы.

— Не дразни… — прошептала она. — Я уже мокрая. Чувствуешь?

Мои пальцы действительно скользнули между её губ, ощутив горячую влагу. Она была совершенно готова. Я стянул с себя шорты, и мой твёрдый член упёрся ей в бедро. Марина обхватила его ладонью, медленно провела вверх-вниз.

— Большой… — выдохнула она с улыбкой. — Именно таким я его и представляла, когда слушала тебя ночью.

Я не выдержал. Раздвинул её ноги и вошёл одним долгим толчком. Она охнула, впиваясь ногтями мне в плечи. Внутри было горячо, мокро и невероятно тесно. Я начал двигаться медленно, наслаждаясь каждым миллиметром.

— Глубже… — потребовала она, обхватывая меня ногами. — Трахай меня так, как шептал вчера.

Я ускорил темп. Палатка наполнилась звуками влажных шлепков, её стонами и моим прерывистым дыханием. Я перевернул её на бок, вошёл сзади, одной рукой сжимая её грудь, другой удерживая бедро. В этой позе я входил особенно глубоко, и каждый толчок заставлял её дрожать.

— Да… вот так… — стонала Марина, откидывая голову назад. — Не останавливайся… я сейчас…

Её тело напряглось, киска сильно сжала мой член. Она кончила первой, тихо всхлипывая и дрожа всем телом. Я не вышел из неё, продолжая двигаться уже медленнее, растягивая её удовольствие.

Потом я снова перевернул её на спину, закинул её ноги себе на плечи и вошёл ещё глубже. Теперь ритм стал жёстче. Её глаза закатывались, губы приоткрылись. Я чувствовал, как приближается мой оргазм.

— Кончай в меня… — прошептала она, глядя прямо в глаза. — Я хочу почувствовать, как ты пульсируешь внутри.

Эти слова добили меня. Я толкнулся в последний раз и начал изливаться горячим потоком, заполняя её. Она сжалась вокруг меня, словно выжимая каждую каплю.

Мы замерли. Я осторожно опустился рядом, не выходя из неё. Тишина палатки нарушалась только нашим тяжёлым дыханием. Мы лежали, прижавшись друг к другу, слушая, как постепенно выравнивается пульс. Ни слова. Только тепло кожи, влажность между ног и лёгкая дрожь послевкусия. В темноте было слышно, как где-то далеко шумит море, но внутри палатки сейчас существовали только мы двое и то, что произошло между нами этой ночью.