Старый объектив

В полутёмной студии пахло старым деревом, кофе и едва уловимым мужским потом. Я стояла у окна в одном тонком халатике, а он — седой, с тяжёлыми ладонями и глазами, которые видели слишком много, — медленно подходил ближе. Взгляд его скользнул по моим ногам, задержался на груди, и я почувствовала, как соски мгновенно напряглись под тонкой тканью.

— Мы же договорились… это просто эксперимент, — выдохнула я, хотя голос уже дрожал. — Ничего не значит.

— Конечно, девочка, — хрипло ответил он, и его пальцы коснулись моего запястья. Кожа была горячей, шершавой. — Просто красивая съёмка. А то, что у тебя уже мокро между ног, это… техническая деталь.

Я рассмеялась нервно, но смех быстро превратился в тихий стон, когда он прижал меня спиной к холодной кирпичной стене. Его старое, но всё ещё крепкое тело накрыло меня. Я чувствовала, как его член уже твёрдо упирается мне в живот сквозь брюки.

— Покажи, что у тебя под халатиком, — прошептал он мне прямо в губы. — Хочу видеть, как ты течёшь от одного моего взгляда.

Руки сами развязали пояс. Халат упал на пол. Я стояла перед ним совершенно голая, а он не торопился. Медленно провёл ладонью по моей груди, сжал сосок, потянул. Я выгнулась.

— Ох… блядь, — вырвалось у меня, хотя я почти никогда не ругалась.

— Вот так, — усмехнулся он. — Уже ругаешься. Значит, нравится.

Он опустился на колени прямо посреди студии, среди штативов и мягких боксов. Широко раздвинул мне бёдра и без предупреждения прижался горячим ртом к моей киске. Язык прошёлся по клитору, потом глубже, проникая внутрь. Я схватила его за седые волосы и застонала громко, не стесняясь.

— Да… вот так… лизать глубже… — шептала я, двигая бёдрами ему в лицо. — Ты… старый извращенец… но как же хорошо…

Он оторвался только чтобы посмотреть мне в глаза. Губы его блестели от моей влаги.

— Хочешь почувствовать, как этот старый хуй тебя растянет? — спросил он дерзко, вставая. — Или будешь дальше притворяться, что это просто съёмка?

— Трахни меня, — выдохнула я, сама удивляясь своей наглости. — Прямо здесь. На этом столе.

Он развернул меня лицом к большому деревянному столу для реквизита, заставленному старыми объективами и бархатными тканями. Наклонил меня резко, так что моя грудь прижалась к холодному дереву. Я услышала, как он расстёгивает ремень. Потом почувствовала толстую головку члена у входа в мою киску.

— Скажи ещё раз, — потребовал он, проводя членом по мокрым губам.

— Трахай меня… сильнее… я хочу тебя всего, — почти прорычала я.

Он вошёл одним мощным толчком. Я вскрикнула — он был большой, толстый, и заполнил меня до предела. Старик начал двигаться сразу жёстко, глубоко, держа меня за бёдра. Каждый толчок заставлял мои сиськи тереться о стол, а стол — скрипеть.

— Чувствуешь, как я тебя ебу? — рычал он мне в ухо. — Молодая киска на старом члене… как тебе такая съёмка?

— Да… глубже… не останавливайся… — стонала я, толкаясь назад. — Кончи в меня… хочу почувствовать, как ты кончаешь…

Он ускорился. Его яйца шлёпали по моей мокрой коже, звук был откровенный, влажный, непристойный. Я уже дрожала, клитор тёрся о край стола, и оргазм накатывал волной.

— Я сейчас… я кончаю! — закричала я, сжимаясь вокруг его члена.

Он не вытащил. Напротив, вошёл ещё глубже и зарычал, когда горячая сперма начала заполнять меня толчками. Я чувствовала каждую струю, как она бьёт внутри, как стекает по бёдрам.

Мы замерли, тяжело дыша. Он всё ещё был во мне, медленно покачиваясь, выжимая последние капли.

— Это… точно было не «ничего не значит», — тихо засмеялась я, поворачивая голову.

Он поцеловал меня в мокрый висок, всё ещё глубоко внутри.

— Тогда давай сделаем второй дубль, — прошептал он с хриплой улыбкой. — На этот раз я хочу тебя на коленях… и чтобы ты смотрела в объектив, пока будешь сосать.

Я почувствовала, как его член снова начинает твердеть внутри меня, и поняла — этот эксперимент только начинается.