Шёпот в грозе

Гроза ударила внезапно, будто небо решило подтолкнуть нас друг к другу. В тесной палатке на двоих воздух сразу стал густым, влажным. Я, инструктор по дайвингу Алексей, смотрел, как молнии выхватывают из темноты её лицо — туристку Марину, тридцатидвухлетнюю женщину с дерзким взглядом и мокрыми от дождя волосами. Её глаза уже давно скользили по моему торсу, а мои пальцы случайно коснулись её бедра, когда мы в спешке застегивали вход.

— Ты всегда так смотришь на своих инструкторов? — тихо спросил я, не отводя глаз.

— Только на тех, кто заставляет сердце биться чаще, чем глубина в тридцать метров, — ответила она хрипловато, и её губы приоткрылись.

Её рука легла мне на колено. Пальцы слегка дрожали, но не от холода. Гром прогремел совсем близко, палатка вздрогнула, а мы уже не могли оторваться друг от друга. Я наклонился первым. Наши губы встретились жадно, языки сплелись сразу, без прелюдий. Она застонала мне в рот, когда моя ладонь скользнула под её мокрую майку и обхватила тёплую, тяжёлую грудь. Соски уже стояли твёрдыми пиками.

— Боже, Лёша… мы же едва знакомы, — выдохнула она между поцелуями, но сама потянула меня ближе, расстёгивая мои шорты.

— Именно поэтому так горячо, — прошептал я, целуя её шею. — Скажи, что хочешь.

— Хочу тебя. Прямо сейчас. — Её голос сорвался, когда я стянул с неё трусики. Пальцы сразу нашли её влажную щель. Она была уже совершенно мокрой, горячей, клитор набух под моими движениями. Марина выгнулась, вцепившись мне в плечи. — Ох… глубже… пальцами…

Я вошёл в неё двумя пальцами, медленно, чувствуя, как её стенки сжимаются вокруг них. Она начала двигать бёдрами мне навстречу, издавая тихие, прерывистые стоны, которые тонули в раскатах грома. Запах её возбуждения смешался с ароматом мокрой земли и брезента палатки. Я не выдержал — стянул с себя всё оставшееся и лёг между её раздвинутых ног.

— Смотри на меня, — сказал я хрипло. — Хочу видеть твои глаза, когда войду.

Она кивнула, прикусив губу. Я приставил головку члена к её влажной вагине и медленно, но уверенно вошёл до конца. Марина громко ахнула, ногти впились мне в спину.

— Какой он большой… заполнил всю меня… — прошептала она, задыхаясь. — Трахай меня, Лёша… сильнее…

Я начал двигаться. Сначала медленно, наслаждаясь каждым миллиметром её горячей, скользкой киски, потом всё быстрее. Палатка наполнилась звуками: шлепки наших тел, её влажные стоны, мой тяжёлый вздох. Каждый толчок заставлял её грудь колыхаться. Я наклонился, взял в рот один сосок, посасывая его, пока она не начала дрожать всем телом.

— Расскажи, что чувствуешь, — потребовал я, ускоряя темп. — Говори.

— Чувствую, как ты меня растягиваешь… как головка бьёт прямо в самую глубину… — Она почти рыдала от удовольствия. — Мне так стыдно, что я так быстро теку… но не останавливайся… пожалуйста…

Я перевернул её на бок, вошёл сзади, одной рукой обхватил её за талию, другой нашёл клитор. Теперь мы лежали вплотную, кожа к коже, потная и горячая. Гроза бесновалась снаружи, а внутри палатки было ещё жарче. Я трахал её глубокими, резкими толчками, пальцы кружили по её набухшему клитору.

— Я сейчас кончу… Лёша… не останавливайся… — выкрикнула она, и её тело начало содрогаться в сильных спазмах. Киска сжалась вокруг моего члена так сильно, что я едва не взорвался сразу.

Я выдержал ещё несколько мощных толчков, пока она не обмякла, а потом вытащил член и повернул её лицо к себе.

— Открой рот, — прошептал я.

Марина послушно приоткрыла губы, высунула язык. Я кончил мощными горячими струями прямо на её язык и губы. Она глотала, не отводя от меня глаз, и тихо постанывала от удовольствия.

Когда последние капли упали ей на грудь, она облизнулась и улыбнулась, всё ещё тяжело дыша.

— Никогда не думала, что гроза может так кончиться… — прошептала она, проводя пальцем по моей груди. — Но теперь я точно знаю, что буду просить тебя о ночных погружениях почаще.

Я притянул её к себе, целуя в мокрый висок.

— А я буду ждать каждой новой бури, — ответил я, чувствуя, как её рука снова скользит вниз по моему животу.

Гроза продолжала греметь, но теперь мы уже не слышали её.