Жених на массажном столе

Я вошёл в полутёмный кабинет массажа и сразу почувствовал, как воздух между нами густеет. Свет был приглушён, только мягкие лампы над столом отбрасывали тёплые блики на кожу. Алина лежала лицом вниз, полностью обнажённая, только тонкое полотенце прикрывало её упругую попку. Она повернула голову, и наши взгляды столкнулись — в её глазах уже плескалось то самое желание, которое я снимал на камеру весь день.

— Ты сегодня особенно напряжённый, — прошептала она, когда мои ладони коснулись её плеч. — Жених нервничает перед свадьбой?

Я улыбнулся, разминая её шею. Пальцы скользили по тёплой, маслянистой коже, и каждый вдох Алина выдыхала чуть громче.

— Может, и нервничает. А ты, модель, всегда так смотришь на чужих мужчин?

— Только на тех, кто умеет трогать… — Она слегка выгнулась под моими руками. — Правда или действие, фотограф?

Игра началась слишком быстро. Я провёл ладонями вниз по её спине, чувствуя, как мышцы под пальцами дрожат.

— Действие, — ответил я, не отрывая глаз от изгиба её талии.

— Тогда сними с меня полотенце. Медленно.

Полотенце упало на пол. Её ягодицы были идеальными — круглыми, загорелыми, с лёгкой дрожью от моего дыхания. Я налил ещё масла и начал массировать их, разминая, раздвигая. Пальцы случайно коснулись влажных складок между ног. Алина тихо застонала.

— Теперь моя очередь, — выдохнула она. — Правда… ты уже твёрдый?

— Да, — честно сказал я, чувствуя, как член упирается в брюки. — С самого момента, как ты разделась.

— Тогда действие. Сними всё с себя. Хочу почувствовать твою кожу.

Я стянул рубашку, потом штаны. Член вырвался наружу, тяжёлый и пульсирующий. Алина перевернулась на спину. Её грудь поднялась, соски уже стояли твёрдыми бугорками. Она раздвинула ноги, открываясь мне полностью. Гладкая, мокрая киска блестела от масла и её собственных соков.

— Массируй меня… здесь, — прошептала она, проводя пальцем по клитору.

Я наклонился и провёл языком по её внутренней стороне бедра, поднимаясь выше. Запах её возбуждения ударил в голову. Когда мой язык коснулся горячих, набухших губ, Алина схватила меня за волосы.

— Ох… да… глубже… — стонала она, выгибаясь. — Лижи мою киску, фотограф… вот так…

Я лизал её жадно, вводя язык внутрь, потом сосал клитор, чувствуя, как она течёт мне на подбородок. Два пальца вошли в неё легко — она была такой мокрой, что они скользили без сопротивления. Алина начала двигать бёдрами, трахая сама себя на моих пальцах.

— Хватит… я хочу тебя внутри, — выдохнула она, когда дрожь в её ногах стала слишком сильной.

Я поднялся. Член стоял, головка блестела от предэякулята. Алина села на край стола, обхватила меня ногами и сама направила меня в себя. Я вошёл медленно, чувствуя, как её тесные стенки обхватывают каждый сантиметр. Жар. Влажность. Её стон заполнил комнату.

— Боже… какой толстый… — шептала она мне в ухо, пока я начал двигаться. — Трахай меня… сильнее…

Я схватил её за бёдра и вошёл глубже, ритм нарастал. Стол слегка скрипел. Её сиськи подпрыгивали в такт толчкам, соски тёрлись о мою грудь. Я наклонился и взял один в рот, слегка прикусывая. Алина закричала от удовольствия.

— Быстрее… я уже близко… — Она вцепилась мне в спину ногтями.

Я перевернул её раком. Теперь её идеальная попка была передо мной. Я вошёл снова, на этот раз жёстче. Шлепки кожи о кожу раздавались громко. Одна рука легла на её клитор, вторая сжала грудь. Алина толкалась назад, встречая каждый мой удар.

— Кончай в меня… пожалуйста… — стонала она. — Я хочу почувствовать, как ты заполнишь меня своей спермой…

Напряжение стало невыносимым. Я ускорился, чувствуя, как яйца подтягиваются. Её киска начала сильно пульсировать, сжимая меня. Алина закричала, тело её выгнулось в оргазме, горячая влага брызнула по моим бёдрам. Я не выдержал — с низким рыком вошёл до самого конца и начал кончать. Горячие струи спермы заполняли её изнутри, вытекая наружу при каждом толчке.

Мы замерли, тяжело дыша. Мои руки всё ещё гладили её дрожащую спину. Алина повернула голову, улыбнулась сквозь влажные волосы.

— Знаешь… — тихо сказала она, — если твой настоящий жених трахает так же, тебе повезло.

Я рассмеялся, целуя её в плечо, и понял, что эта ночь только начинается.