Художница и шторм

Я стояла на палубе яхты с кистью в руке и уже чувствовала, как между ног становится мокро. Марк, мой натурщик, стоял голый у мачты, мускулистые бёдра слегка раздвинуты, а толстый член висел тяжело, будто специально дразнил. Солнце только-только скрылось за тучами, но я уже не могла думать о картине.

— Лиза, ты опять на мой хуй пялишься, а не на лицо, — ухмыльнулся он, заметив, как я прикусила губу.

— Заткнись, Марк. Я художница. Мне нужны детали, — ответила я, но голос предательски дрогнул.

Ветер резко усилился. Небо почернело за пару минут. Первая молния полоснула по горизонту, и яхту качнуло так, что я едва не упала. Марк мгновенно оказался рядом, его большая горячая ладонь легла мне на талию.

— Гроза, блядь, идеальная. Теперь точно никто не помешает, — прошептал он мне в ухо, и я почувствовала, как его член начал твердеть, прижимаясь к моей попке через тонкую ткань сарафана.

— Ты серьёзно? Сейчас? — засмеялась я, но сама уже повернулась к нему лицом.

— А когда ещё? Ты меня два часа разглядывала, как будто трахала глазами. Хватит, — он подхватил меня под задницу и легко усадил на широкий деревянный столик для рисования.

Краски и кисти полетели на палубу. Дождь хлынул стеной, мгновенно промочив нас обоих. Сарафан прилип к телу, соски проступили сквозь мокрую ткань. Марк рванул тонкие бретельки, и моя грудь вывалилась наружу.

— Ох, какие сиськи... — выдохнул он и сразу втянул мой твёрдый сосок в рот, сильно посасывая.

Я застонала, запустив пальцы в его мокрые волосы. Его рука уже задрала мне сарафан до пояса. Пальцы грубо, но точно нашли мою гладкую пизду.

— Мокрая, как после трёх оргазмов. Ты же хотела этого с самого утра, признайся, — хрипло сказал Марк, вводя сразу два пальца глубоко внутрь.

— Да... хотела... твой большой член... — выдохнула я, двигая бёдрами ему навстречу.

Он поставил меня раком прямо на мокром столе. Дождь хлестал по спине, молнии освещали его тело. Я почувствовала, как головка толстого члена раздвигает мои губы и резко входит до самого конца. Я вскрикнула от удовольствия.

— О-о-о, блядь, как тесно... — простонал Марк, начиная долбить меня сильными толчками.

Каждый удар заставлял мои сиськи раскачиваться, стол скрипел, яхту качало на волнах, но это только добавляло остроты. Я чувствовала, как его тяжёлые яйца шлёпают по моему клитору.

— Глубже... сильнее... трахай меня, ебарь хренов! — кричала я, не стесняясь.

Он схватил меня за мокрые волосы, оттягивая голову назад, и ускорил темп. Его член входил так глубоко, что у меня темнело в глазах от удовольствия. Вдруг он резко вышел, перевернул меня на спину и снова вошёл, глядя мне прямо в глаза.

— Хочу видеть, как ты кончишь, — прорычал он.

Я обхватила его ногами, царапая спину ногтями. Его движения стали короткими, жёсткими, головка члена постоянно била по чувствительной точке внутри. Дождь заливал нам лица, мы оба тяжело дышали.

— Я сейчас... Марк... я кончаю! — закричала я, и мощный оргазм прошёлся по всему телу. Моя пизда сильно сжалась вокруг его члена, брызги влаги смешались с дождём.

Он зарычал, сделал ещё несколько резких толчков и выдернул член. Горячие струи густой спермы выстрелили мне на грудь, на живот, даже на подбородок. Я открыла рот и поймала языком последнюю каплю.

Мы оба тяжело дышали. Гроза постепенно уходила, оставляя после себя только шум волн и наши мокрые, довольные тела.

— Ну что, художница, — усмехнулся Марк, проводя пальцем по моей груди и размазывая свою сперму, — теперь у тебя есть материал для очень откровенной картины.

— Согласна, — засмеялась я, облизывая губы. — Но сначала давай ещё раз. Гроза ведь ещё не совсем прошла...