Жар в бане

Пар от эвкалиптовых веников уже стоял густой, когда я вошёл в общую парную. Марина, замужняя южанка из соседнего дома, сидела на верхнем полке, обмотанная только белым полотенцем на бёдрах. Её смуглая кожа блестела от пота, тяжёлые груди едва прикрывала мокрая ткань, а тёмные соски проступали сквозь неё, как спелые вишни.

Она повернула голову, и наши взгляды столкнулись. В её карих глазах вспыхнуло что-то голодное. Я сел рядом, ближе, чем позволяли приличия.

— Жарко сегодня, да? — хрипло сказал я, чувствуя, как член уже начинает твердеть под полотенцем.

— Жарко… — протянула она, облизнув полные губы. — Особенно когда такой сосед рядом.

Её колено случайно коснулось моего бедра. Это лёгкое, скользкое от пота прикосновение будто ударило током. Мы оба замерли. Марина не убрала ногу. Наоборот — медленно провела им вверх, по моей коже.

— Ты всегда так смотришь на меня через забор? — шепнула она, наклоняясь ближе. Её дыхание обожгло мне ухо. — Думаешь, я не замечаю, как у тебя встаёт, когда я в коротком халате выхожу поливать цветы?

— Замечаешь, значит… — Я положил ладонь ей на колено, сжал. Кожа была горячая, влажная. — А ты что, хочешь, чтобы я перестал?

— Нет. — Она резко развернулась ко мне, полотенце на груди съехало, открыв один тёмный, набухший сосок. — Я хочу, чтобы ты наконец меня выебал. Прямо здесь. Пока муж в командировке, а баня пустая.

Я не стал ждать второго приглашения. Сорвал с неё полотенце, швырнул на деревянный пол. Марина ахнула, но тут же раздвинула гладкие загорелые бёдра, показывая мне свою гладко выбритую пизду — уже блестящую от соков, не только от пара.

— Смотри, как я теку… — выдохнула она, проводя пальцами по своим толстым губкам. — Всю неделю представляла твой толстый хуй.

Я встал на колени между её ног, схватил за упругие ягодицы и резко притянул к себе. Мой член, уже стоящий колом, упёрся в её мокрую щель. Одним толчком я вошёл в неё до самого основания. Марина выгнулась, громко застонала, вцепившись ногтями мне в плечи.

— Ох, блядь… какой толстый… — простонала она, обхватывая меня ногами. — Трахай меня сильнее, сосед… я так давно не чувствовала настоящего хуя!

Я начал долбить её жёстко, глубоко. Каждый толчок заставлял её тяжёлые сиськи подпрыгивать, мокрые шлепки наших тел эхом разносились по парной. Запах пота, эвкалипта и её возбуждённой пизды сводил с ума. Я наклонился, схватил зубами её тёмный сосок, сильно пососал. Марина завыла от удовольствия.

— Да… соси мои сиськи… сильнее! — Она запустила пальцы мне в волосы, прижимая мою голову к своей груди. — Я твоя сучка сегодня… трахай эту замужнюю пизду, как хочешь!

Мы перевернулись. Теперь она сидела на мне сверху, упираясь руками мне в грудь. Её круглая жопа ритмично поднималась и опускалась, насаживаясь на мой мокрый от её соков член. Я шлёпал её по ягодицам, оставляя красные следы на загорелой коже.

— Скажи, что хочешь мою сперму, — рыкнул я, чувствуя, как яйца уже начинают подтягиваться.

— Хочу! — кричала она, ускоряя темп. Её клитор тёрся о мой лобок, пизда сжималась вокруг меня всё сильнее. — Кончи в меня… заполни мою горячую дырку своей густой спермой! Мужу я скажу, что просто вспотела в бане…

Её тело начало дрожать. Марина зажмурилась, рот приоткрылся в беззвучном крике, и вдруг она сильно сжала меня внутри. Горячая струя её сквирта брызнула мне на живот. Она кончала так яростно, что чуть не свалилась.

Я перехватил её за бёдра и начал яростно долбить снизу, загоняя член до упора. Через несколько секунд я зарычал, вгоняя в неё последние мощные толчки. Горячая сперма мощными толчками выплеснулась глубоко в её пизду, заполняя всё внутри. Марина стонала и сжимала меня мышцами, выдавливая каждую каплю.

Мы замерли, тяжело дыша. Пар клубился вокруг нас, деревянные полки были мокрыми от пота и её соков. Она наклонилась, поцеловала меня в губы — долго, жадно, с языком.

— Это было… пиздец как горячо, — прошептала она, всё ещё сидя на моём полувставшем члене. — Приходи завтра вечером. Муж вернётся только в пятницу. Я хочу ещё… и в попку тоже.

Я улыбнулся, сжимая её мокрую от пота жопу.

— Договорились, южанка. Баня теперь наша.