Ночной экспресс — жаркое купе на двоих

Поезд мерно покачивался, отбивая ритм по стыкам рельс. За окном мелькали черные силуэты деревьев, а в купе было душно, несмотря на приоткрытое окно. Она сидела напротив, поджав под себя ноги, и я не мог отвести взгляд от ее тонких пальцев, нервно теребящих край шелкового халата.

— Жарко, — выдохнула она, откидывая волосы с влажной шеи.

— Да, — согласился я, чувствуя, как воздух между нами становится плотным, тягучим. Ее колени, блестящие в тусклом свете ночника, казались слишком близко. Мои пальцы сжали стакан с остывшим чаем, но я не пил.

— А ты не спишь? — спросила она, и в голосе скользнула хрипотца. Она чуть наклонилась вперед, и халат распахнулся, открывая гладкую ложбинку между грудей. Я сглотнул.

— Не могу, — ответил я, наконец-то решившись. — Ты слишком громко дышишь.

Она усмехнулась, и это был не смех, а приглашение. Ее рука скользнула по бедру, задирая шелк выше, и я увидел, что под халатом ничего нет. В горле пересохло.

— Тогда сделай так, чтобы я дышала чаще, — прошептала она, глядя мне прямо в глаза.

Я пересел к ней, опускаясь на колени прямо на узкий пол. Она раздвинула ноги, и я уткнулся лицом в мягкий жар ее бедер. Запах — сладкий, мускусный, пьянящий — ударил в голову. Я раздвинул пальцами складки ее пизды, влажной и горячей, и она тихо ахнула, запрокидывая голову.

— Да... — выдохнула она, вцепившись пальцами в мои волосы. — Не останавливайся.

Я провел языком по клитору, набухшему и твердому, и она дернулась, закусив губу, чтобы не закричать. Вкус ее возбуждения заполнил мой рот, и я застонал, втягивая в себя ее чувствительную плоть. Она заерзала, приподнимая бедра навстречу моему рту, и я ввел в нее два пальца, чувствуя, как тугие стенки сжимаются вокруг них.

— Какой ты грязный... — прошептала она, тяжело дыша. — Трахаешь меня пальцами, пока язык лижет мою киску...

Я ускорил темп, посасывая клитор и сгибая пальцы внутри нее, и она задрожала, прижимая мою голову к себе.

— Я хочу твой член, — выдохнула она, когда я поднял голову. — Хочу, чтобы ты кончил в меня.

Я расстегнул джинсы, и мой член, твердый до боли, вырвался наружу. Она схватила его рукой, сжала, и по ее губам скользнула улыбка.

— Какой большой, — промурлыкала она, наклонившись, чтобы лизнуть головку. Ее язык обвел венец, и я зашипел, сжимая край полки. Она взяла его в рот, глубоко, до самого основания, и я почувствовал, как ее язык давит на мою плоть, как она глотает, сжимая губами.

— Хватит, — прохрипел я, отстраняясь. — Я хочу быть в тебе.

Я уложил ее на нижнюю полку, раздвинул ее ноги и вошел одним резким толчком. Она вскрикнула, выгибаясь дугой, ее влажная пизда обхватила меня так плотно, что я чуть не кончил сразу. Я замер, давая ей привыкнуть, чувствуя, как она пульсирует вокруг моего члена.

— Двигайся, — потребовала она, впиваясь ногтями в мою спину. — Трахай меня, давай!

Я начал двигаться, сначала медленно, растягивая каждое движение, а потом все быстрее, вбиваясь в нее глубоко, до самого конца. Стук колес слился с нашими стонами, полка скрипела, а она кусала мою шею, оставляя влажные следы.

— Сильнее, — хрипела она. — Еще, сука, еще!

Я поднял ее бедра и трахал ее стоя, прижав к стене купе, и она обхватила меня ногами, царапая спину. Ее пизда была мокрой, горячей, и я чувствовал, как она сжимается все сильнее, приближаясь к краю.

— Я кончаю, — выдохнула она, трясясь в моих руках. — Кончи в меня, пожалуйста, залей мою киску спермой...

Ее оргазм накрыл ее волной, и она закричала, впиваясь зубами в мое плечо, а я, почувствовав ее спазмы, не выдержал. Я излился в нее, глубоко, толчками, содрогаясь всем телом, и она стонала, принимая каждую каплю.

Мы рухнули на полку, покрытые потом, тяжело дыша. За окном уже светало. Она повернулась ко мне, улыбнулась, погладила меня по щеке.

— Мы еще долго едем? — спросила она.

— До утра, — ответил я, притягивая ее к себе.

— Хорошо, — прошептала она, проводя рукой по моему бедру. — Значит, успеем повторить.