Обнажённая правда

5 мин чтения
Послушайте этот рассказ живым голосомВыберите женский или мужской голос, готовое аудио можно скачать.

Лето на даче у Ленки выдалось душным. Я сидела в беседке с этюдником, а за моей спиной, в доме, открытое окно спальни. Я не подслушивала, но голоса влетали в форточку вместе с запахом скошенной травы.

—…она, конечно, талантливая, но рисует как монашка, — басил Сашка, муж Ленки. — А ты говорил, что придётся раздеваться. Я думал, будет скучно.

— Да брось, — ответил его друг, Сергей. — Она же художница. Смотрит на тело как на объект. Никакой искры.

Я сжала кисть так, что она хрустнула. Меня? Монашка? Объект? Я смотрела на Сергея вчера, когда он косил траву без рубашки. Смотрела не как художник. Я смотрела на него как женщина. Искра там была, ещё какая.

Сергей пришёл ровно в три. Высокий, с лёгкой небритостью, в льняной рубашке, расстёгнутой на две пуговицы. Я ждала его в мастерской — бывшей веранде, заставленной мольбертами и банками с кистями.

— Раздевайся, — сказала я, глядя ему прямо в глаза. — Садись на кушетку. Мне нужен контур.

Он снял рубашку, потом джинсы. Остался в боксерах. Стоял, чуть ссутулившись, не зная, куда деть руки.

— Нет, — сказала я. — Всё. Я же сказала. Натурой.

Он хмыкнул, стянул боксеры и сел на край кушетки, закинув ногу на ногу, прикрываясь.

— Сядь нормально, — попросила я. — Руки вдоль тела. Просто расслабься.

Он подчинился. Я взяла уголь и начала набрасывать линию плеча. Моя рука дрожала. Я водила углём по шероховатому листу, но видела не линию, а то, как под его кожей перекатываются мышцы. Как напрягся живот, когда я провела пальцем, поправляя складку простыни, которой не было. Я коснулась его бедра случайно, якобы поправляя набросок.

Он дёрнулся. Член качнулся, наливаясь тяжестью.

— Извини, — выдохнула я. — Не шевелись.

— Ты специально? — его голос сел.

— Что именно? — я провела кончиками пальцев по его ключице, стирая воображаемую угольную пыль.

— Ты слышала, что я говорил? — он покраснел до корней волос.

— Всё. Про монашку, про объект. Про то, что я скучная.

— Прости, я…

— Не надо. — Я шагнула ближе. — Покажи мне, насколько я ошиблась. Покажи мне, что ты не просто тело для этюда.

Он встал, подошёл ко мне вплотную. Его ладонь легла мне на затылок, пальцы зарылись в волосы, оттягивая голову назад.

— Ты не монашка, — прошептал он мне в губы. — Ты зверь. Ты просто прячешься за кистями.

Он поцеловал меня. Жадно, глубоко, кусая нижнюю губу. Моя кисть упала на пол. Я застонала ему в рот, вцепившись в его плечи.

Я толкнула его обратно на кушетку, на спину. Он потянул меня за собой, и я оказалась сверху, сидя на его бёдрах. Кожа к коже. Жар.

— Я хочу тебя нарисовать по-настоящему, — прошептала я, расстёгивая свои шорты. — Не углём. Языком.

Я наклонилась и провела языком по его груди, от ключицы до соска. Он выгнулся, зарычав. Его руки сжали мои ягодицы, раздвигая их, пальцы скользнули в трусики, нащупали влажную горячую складку.

— Ты мокрая, — выдохнул он. — Прямо сейчас, надо мной.

— Я хочу тебя в себе, — ответила я, расстёгивая его ремень, которого не было, просто стягивая его боксеры, которые он так и не надел обратно. — Хочу чувствовать, как ты наполняешь меня.

Он приподнял бёдра, и я насадилась на него. Медленно, до самого основания. Внутри меня всё сжалось, пульсируя. Я села на него верхом, чувствуя, как он заполняет меня целиком.

— Не шевелись, — приказала я, повторяя его же слова. — Я хочу тобой рисовать.

Я начала двигаться. Медленно, по кругу, впуская его всё глубже. Он лежал подо мной, сжимая простыни побелевшими пальцами, следя, как я покачиваюсь, закрыв глаза.

— Ты сводишь меня с ума, — простонал он.

— Я знаю. — Я ускорилась. Мои бёдра шлёпали по его бёдрам, влажные звуки разносились по веранде. Я сжимала его внутри себя, чувствуя, как он пульсирует во мне.

— Я хочу кончить в тебя, — выдохнул он, приподнимаясь и целуя мою шею.

— Да, — выдохнула я в ответ. — Наполни меня.

Он перевернул меня на спину, не выходя. Его толчки стали глубже, жёстче. Он вошёл в меня до упора, замирая на мгновение, выходя почти полностью и входя снова, грубо, сильно. Я вскрикивала, впиваясь ногтями в его спину.

— Смотри на меня, — приказал он. — Когда будешь кончать, смотри.

Я смотрела. В его глаза, в самую глубину. Волна накрыла меня внезапно, остро, выгибая спину дугой. Я закричала, сжимая его бёдра ногами, пульсируя вокруг его члена.

Он кончил следом, уткнувшись лицом в мою шею, со стоном, выливаясь в меня горячей струёй.

Мы лежали, сцепленные, лёгкие ходили ходуном. На полу валялись сломанный уголь и опрокинутая банка с водой.

— Я говорил про искру, — прошептал он мне в волосы. — Я был слепой дурак.

— Ты просто не знал, где искать. — Я поцеловала его в плечо. — Теперь знаешь.

Солнце уходило за сосны, и мы всё ещё лежали, переплетённые пальцами, на узкой кушетке. Холст стоял нетронутый. Но я знала, что этот вечер я напишу по памяти. И он будет самым живым, что я когда-либо создавала.

Что было дальше?Войди, и нейросеть продолжит эту историю специально для тебя. Бесплатно.
Узнать, что было дальше
Категории:

Похожие рассказы

Озвучить рассказ

Выбери голос и слушай свою историю

Загрузка...