Шёлк и дрожь

Мои пальцы уже скользили по его бедру под тонкой тканью брюк, когда мы стояли в полутёмном углу банкетного зала. Анна, моя любимая ученица по йоге, смотрела на меня так, словно весь вечер только и ждала, чтобы я наконец осмелился. Её глаза блестели от вина и чего-то более опасного.

— Ты сегодня совсем не такой, как на коврике… — прошептала она, чуть прикусывая нижнюю губу. Её ладонь легла поверх моей, не отталкивая, а прижимая сильнее. — Более… мягкий. Мне это нравится.

Вокруг шумела свадьба подруги Анны: смех, звон бокалов, запах цветов и дорогого шампанского. Но здесь, в этом укромном уголке за колонной, мир сузился до её дыхания и тепла её кожи. Я сделал ещё глоток вина, чувствуя, как оно разливается жаром по венам.

— Я никогда не думал, что… — начал я, но она прервала, проведя пальцем по моей щеке.

— Тсс. Не думай. Просто чувствуй. — Её голос стал ниже, бархатным. — Ты такой красивый сегодня в этой рубашке. Хочется… снять её медленно.

Моё сердце заколотилось. Анна всегда была нежной на занятиях, поправляла позы, касалась спины, но сегодня в ней проснулось что-то новое. Она потянула меня за руку в небольшой коридор, ведущий к гардеробной. Дверь за нами закрылась с тихим щелчком, отрезая шум праздника.

Мы стояли совсем близко. Её пальцы расстегнули верхнюю пуговицу моей рубашки, потом вторую. Кожа горела от каждого прикосновения.

— Ты дрожишь, — улыбнулась она. — Это хорошо. Значит, тебе нравится.

— Очень нравится… — выдохнул я. Мои руки сами легли ей на талию, чувствуя, как тонкое платье облегает бёдра. — Анна, я… я никогда не был с женщиной так.

Она мягко поцеловала меня в уголок губ, потом в шею, оставляя влажный след.

— Тогда позволь мне показать. Я хочу сделать тебя… другим. Нежнее. Красивее. Хочешь?

Её слова звучали как обещание. Я кивнул, чувствуя, как член уже твердеет, прижимаясь к её животу сквозь ткань.

Анна улыбнулась и достала из своей маленькой сумочки тонкий шёлковый шарф — тот самый, которым мы иногда завязывали глаза на релаксации в студии.

— Закрой глаза сначала, — прошептала она.

Я подчинился. Ткань легла на веки, мягко, но плотно. Мир погрузился в темноту, оставив только ощущения. Её руки медленно стянули с меня рубашку, потом брюки. Я стоял почти голый, дрожа от прохлады и возбуждения. Потом почувствовал, как на плечи ложится что-то лёгкое, воздушное — её запасное платье, которое она, видимо, захватила с собой.

— Оно тебе подойдёт… — её голос был полон нежности. — Посмотри, как красиво облегает грудь. Твои соски уже стоят.

Её пальцы коснулись моих сосков через тонкую ткань, покрутили их легко, и я застонал. Жар разлился по телу. Анна встала позади, прижалась грудью к моей спине. Её руки скользнули вниз, под платье, обхватили мой член у основания.

— Он такой твёрдый… и горячий. Но сегодня мы будем нежно, медленно. Я хочу, чтобы ты почувствовал себя… девушкой в моих руках.

— Анна… — выдохнул я, покачиваясь от её прикосновений. — Я… я согласен. Делай со мной что хочешь.

Она повернула меня лицом к себе, хотя я всё ещё был с завязанными глазами. Её губы нашли мои, поцелуй был глубоким, влажным, языки переплелись. Пока мы целовались, её рука ритмично двигалась по моему члену — не быстро, а тягуче, выдавливая капли предэякулята, размазывая их по головке.

— Чувствуешь, как платье трется о кожу? — шептала она между поцелуями. — Как оно скользит по бёдрам… Представь, что ты моя мягкая, послушная девочка.

Я кивнул, полностью отдаваясь. Анна опустилась на колени, но не для того, чтобы взять в рот — вместо этого она подняла подол платья и прижалась своей гладкой щекой к внутренней стороне моего бедра, целуя кожу, поднимаясь выше. Потом встала, развернула меня и мягко наклонила вперёд, опираясь руками о стену гардеробной.

— Ноги чуть шире… вот так, — командовала она ласково. Её ладони раздвинули мои ягодицы, и я почувствовал, как палец, влажный от слюны, медленно входит в меня. — Расслабься… дыши, как на йоге. Вдох… выдох.

Я застонал громче, когда палец проник глубже, коснулся простаты. Волны удовольствия разошлись по телу. Анна добавила второй палец, растягивая меня осторожно, но уверенно. Её свободная рука снова обхватила мой член, дроча в такт движениям пальцев.

— Ты такой мокрый внутри… и снаружи. Смотри, как течёт. — Она ускорила темп, но оставалась нежной. — Хочешь, чтобы я вошла в тебя по-настоящему?

— Да… пожалуйста… — голос мой дрожал.

Анна вытащила пальцы, и через секунду я почувствовал, как к моему анусу прижимается что-то твёрдое и гладкое — страпон, который она, видимо, тоже предусмотрительно захватила в сумке. Она смазала его обильно и начала входить медленно, миллиметр за миллиметром.

— Ох… как же тесно… и горячо, — выдохнула она, когда головка вошла полностью. — Ты обхватываешь меня так сладко.

Она начала двигаться — сначала короткими, робкими толчками, потом всё глубже и увереннее. Платье задралось на мою талию, ткань шуршала при каждом толчке. Мои соски тёрлись о гладкий шёлк, член болтался и бился о живот, оставляя влажные следы.

— Трахай меня… сильнее, — уже смелее попросил я, полностью отдавшись ощущению.

Анна схватила меня за бёдра, входя глубже. Каждый толчок попадал точно по простате, заставляя меня дрожать всем телом. Её дыхание стало прерывистым, стоны смешались с моими.

— Ты моя красивая девочка… моя шёлковая сучка… — шептала она, ускоряясь. — Кончай… я хочу почувствовать, как ты дрожишь вокруг меня.

Напряжение нарастало стремительно. Я не выдержал — сперма хлынула сильными толчками на пол, на край платья, пачкая шёлк. Тело содрогнулось, анус сжался вокруг страпона. Анна продолжала двигаться ещё несколько секунд, пока сама не задрожала в оргазме, прижимаясь ко мне всем телом.

Мы замерли, тяжело дыша. Она осторожно вышла, развязала мне глаза. Я увидел её раскрасневшееся лицо, блестящие глаза.

— Это было… — начал я.

— Только начало, — перебила она с лукавой улыбкой, проводя пальцем по моей испачканной сперме на платье. — Вечер ещё длинный. И платье нужно будет… постирать вместе.