Гроза в пустом офисе

Марина стояла у окна конференц-зала, когда первые тяжелые капли ударили по стеклу. Её худое тело в облегающей белой блузке и узкой юбке казалось почти невесомым в полумраке. Рядом, слишком близко, стоял Алексей — лучший друг её мужа. Их взгляды уже давно скрещивались весь день на совещании, а теперь, когда все ушли, воздух между ними сгустился до звона.

— Ты всегда так смотришь на меня, когда мы остаемся одни? — тихо спросила она, не отводя глаз от дождя. Её пальцы невольно коснулись его запястья.

— Только когда ты дрожишь вот так, — ответил Алексей хрипло. Его ладонь легла ей на талию, и Марина выдохнула, чувствуя, как жар растекается по коже. Гроза за окном полыхнула молнией, осветив их лица. Она повернулась к нему, худенькие ключицы резко выделялись в свете вспышки.

— Саша никогда не узнает, — прошептала она, прижимаясь ближе. Её маленькие упругие груди коснулись его груди через тонкую ткань.

— Я и не собираюсь ему рассказывать, — ответил он, наклоняясь. Их губы встретились жадно, почти грубо. Языки сплелись, и Марина застонала в его рот, чувствуя, как его руки уже задирают её юбку.

Он прижал её к широкому столу для переговоров. Папки и ручки посыпались на пол. Марина села на край, раздвинув худые бёдра, и потянула его за ремень.

— Хочу тебя прямо сейчас, — выдохнула она, расстёгивая молнию. — Пока гром не кончился.

Алексей вытащил свой уже твёрдый член и провёл головкой по её влажным трусикам. Марина была мокрой — он почувствовал это сразу.

— Блядь, ты вся течешь… — прошептал он, сдвигая ткань в сторону. Два его пальца скользнули в её узкую щёлку, и она выгнулась, вцепившись в его плечи.

— Глубже… да, вот так… — стонала она, пока он трахал её пальцами. Её клитор набух, и Алексей опустился на колени, прижавшись лицом к её гладко выбритой киске. Язык прошёлся по клитору, потом глубже, проникая внутрь. Марина схватила его за волосы, прижимая сильнее.

— Лижи меня… сильнее, Лёша… я так давно хотела твоего языка…

Он сосал её клитор, пока она не начала дрожать всем худым телом. Гроза за окном ревела, заглушая её стоны. Когда первый оргазм накрыл её, Марина закусила губу, чтобы не закричать, но всё равно вырвалось громкое «А-а-а, блядь, да!».

Не давая ей отдышаться, Алексей встал, развернул её лицом к столу и поставил раком. Её худенькая попка выглядела невероятно соблазнительно — острые лопатки, тонкая талия, длинные ноги в чулках. Он вошёл в неё одним резким толчком, заполнив узкую киску до конца.

— Ох… какой же ты большой… — простонала Марина, упираясь ладонями в холодный стол. — Трахай меня сильнее… хочу чувствовать каждый сантиметр.

Алексей схватил её за худые бёдра и начал двигаться быстро, глубоко. Звук шлепков кожи о кожу смешивался с раскатами грома. Он наклонился, обхватил её маленькую грудь через блузку и сильно сжал соски.

— Ты такая узкая… такая горячая… — рычал он ей в ухо. — Я кончу в тебя, Марин. Хочешь?

— Да… кончай внутрь… заполни меня своей спермой… — она толкалась назад, встречая каждый его толчок. Её вторая рука скользнула между ног и начала тереть клитор.

Они меняли темп: то медленно и глубоко, то резко и жёстко. Марина кончила второй раз, сжимаясь вокруг его члена так сильно, что Алексей едва не потерял контроль. Тогда он вытащил его, развернул её лицом к себе и посадил обратно на стол.

— Смотри на меня, — приказал он. Она обхватила его ногами, и он вошёл снова, теперь глядя ей в глаза. Её худое тело блестело от пота, соски торчали сквозь мокрую блузку, губы были приоткрыты.

— Я сейчас… — выдохнула она. — Кончай вместе со мной…

Алексей ускорился, чувствуя, как яйца подтягиваются. Последние мощные толчки — и он излился в неё горячим потоком, заполняя узкую киску до краёв. Марина закричала, содрогаясь в оргазме, её тонкие пальцы впились ему в спину.

Они замерли, тяжело дыша. Сперма медленно вытекала из неё на полировку стола. За окном гроза начала стихать.

— Это было… чертовски дерзко, — улыбнулась Марина, целуя его в губы.

— И мы ещё не закончили, — ответил Алексей, проводя пальцем по её мокрой щёлке. — До утра ещё далеко, а офис большой.

— Тогда трахай меня ещё. Я хочу всё.